1000steps.ru

Сегодня я попытаюсь объяснить свое состояние на данный момент, что творится у меня в голове и на столе.
Начну со стола. На нем кучками лежат тетради по различным аспирантским предметам, стоит шарнирный светильник, банка для карандашей и ручек, петербуржский сувенирный сфинкс, крупный стальной шарик на подставке, блокнот для рисования и книга Джек Лондон «Мартин Иден». На компьютерном столе стоит сам компьютер с периферийными устройствами, радиотелефон, два словаря: английский и немецкий, сувенирный свернувшийся в клубок дракончик, оскалившись, охраняющий свои сокровища и мои дискеты. Под клавиатурой стекло, теплое от моих рук. Под ним небольшая инструкция по настройке гитары, телефоны такси, постеры Лары Крофт, Эмми Думас (Литы), автографы группы «Ария», мой портрет в фэнтезийном стиле. У стекла катаются два «шара размышлений», выдернутые из какого-то шарикоподшипника. По левую руку лежат записи, относящиеся к моему творчеству. Содержание ящиков стола и полок передавать слишком долго и бессмысленно: на них лежат компакт-диски, книги, журналы, сувениры, галантерея. В общем, легко можно представить своему внутреннему взору мою кузницу или как принято называть «творческую лабораторию».
Чем я занимаюсь обычно на неделе, что составляет мою жизнь…. В последнее время она стала вялотекущей, несмотря на все потрясения плохие и хорошие, я чувствую, что потихоньку погружаюсь в знакомый мир депрессии. Говорят, что это даже полезно, но не для меня — это означает, что я устаю от такой жизни, прихожу к застою, кризису, разочарованию, погружаюсь в рутину. Действительно, большую часть времени приходиться посвящать профессиональной деятельности, то есть науке в различных ее формах. Устав за день от философии, немецкого и диссертации, мысль под вечер почти не шевелится, я погружаюсь в вязкий темный вакуум. Хорошо, если что-то выведет из этого состояния, но это удается все труднее. Надеюсь, это состояние временное и скоро пройдет, просто нужно набрать обороты и отпустить педаль сцепления. Возможно, эта перемена произойдет со дня на день, есть целые три дня выходных, до этого месяц не было вообще, но это мое собственное решение работать и в воскресение, потому что в остальные дни не успеваю. И целых суток мало.
Так чем же я занимаюсь на неделе. Немецкий язык, он съедает огромное количество времени: разговорный интенсив, реферируемый перевод, еще сдача грамматических спецзаданий и самостоятельное изучение. Философия, реферат, первоисточники, еженедельные семинары — эти ужасные слова для аспиранта, хотя если не особо хочешь сдать кандидатский экзамен, то это не отнимает столько времени, в противном случае стеллаж различных хрестоматий и учебников должен оставлять осадок в твоей голове или хотя бы записях — при этом ничего интересного там не изучается. Информатика с Математическим моделированием кушают по пять часов в неделю. Диссертация в первый год не так напрягает, поэтому кроме пролистывания двух сотен публикаций и монографий почти ничего не требуется: 1-2 статьи и доклад на научно-технической конференции. Английский язык, который я стал немного забывать, поэтому читаю Шекспира, конечно, в подлиннике. Все же не может перевод адекватно передать поэзию. Для души читаю Библию, Коран. Для кругозора избранную художественную литературу. Пытаюсь играть в шахматы и три раза в неделю тренировать тело. Все оставшееся время уходит на еду, дорогу, сон и творчество.
Времени на творчество как видно остается не так много, но когда есть «драйв», то все прочие дела могут потесниться и помолчать, притом достаточно сильно. Сам ритуал призыва музы достаточно интересен. Я называю его — «эффект плотины». Мысли и образы накапливаются за ней как вода, и в один прекрасный день ты понимаешь, что нужно спускать воду иначе она сломает плотину и тебя в придачу. И тогда ты начинаешь писать, писать вдохновенно, ибо за тобой гигантский напор мыслей. И однажды все, что копилось за этой платиной, выплескивается на бумагу, и река превращается в ручей, которым невозможно напитать книгу. Тогда лучшее что можно сделать это закрыть шлюзы и ждать пока этот ручеек вновь не приобретет эту сокрушительную силу. Иначе из ручейка ничего хорошего не выйдет. А пока ты можешь опускать на водосборную площадь сотни дождей в виде информации для размышлений и необходимых знаний, которые, собираясь в ручьи, спускаются в соответствующее водохранилище, наполняя его водой мыслей. Естественно для каждой книги существует свое отдельное свое водохранилище, хотя каждый дождь могут питать их все сразу. Вот такой на самом деле простой и наглядный механизм. Что касается поэзии, то с ней все несколько иначе. Поэзия это интуитивная вещь. Это как ниточка, на которую ты натыкаешься в совершенно неожиданных местах: по дороге, в качалке, на берегу, в баре, на «паре». Эта тонкая ниточка — одна-две строчки, часто сразу четверостишье. Она может ждать очень долго, но когда ты созреешь, то потянешь за ниточку и пойдешь по ней к финалу. При этом тебе кажется, что идешь в одну сторону, а тут ниточка разворачивается в противоположную, и в финале ты понимаешь, что это единственно правильный путь. Иногда удается самому уложить ниточку и потом идти по ней, но это всегда получается хуже. Поэтому я называю себя автором лишь номинально, так как диктует мне все разум мощнее моего, нечто трансцендентное, возможно, Бог!
Теперь можно сделать вывод о том, где, когда и как я работаю в своей «лаборатории». Остался вопрос «Над чем?!» На данный момент большинство моих мыслей поглощены «Знаком Дракона», остальные предлагают доработку «ЛК» и разработку начатой мной пьесы (фарс), не буду пока говорить какой, так как, возможно, даже брошу ее. В связи с неожиданной влюбленностью, о большем говорить пока рано вдруг возникло жутко романтическое лирическое настроение, которое обычно ночью вырывает меня из постели и заставляет схватить в руки блокнот для лирики — я пишу стихи только на бумаге, обрабатываю их также на ней.
Непосредственно о Драконе. Хотя он был назван первым в заглавии, но мою болтовню будет замыкать. Я настолько сжился с ним, что ко мне являются странные желания, когда я вижу прохожих: «сейчас бы этого мечом поперек груди, его соседу укол в живот и этому с сигаретой голову с плеч». Эти мысли не словесные, конечно, а двигательные, то есть фехтовальные. Конечно, это только мысли — будь у меня меч, я бы не сделал этого, потому что мне не нужна ни их жизнь, ни их смерть. Большинство идей относительно этой книги мне приходят именно в дороге, которая занимает у меня ежедневно много времени, так как живу я на окраине, и транспорт ходит плоховато. При этом я вижу перед глазами целые законченные картины, их нужно только описать. Это доставляет небольшие неудобства, так как я все же отключаюсь от окружающего мира, что достаточно опасно при оживленном движении и просто гололеде. Дракон стал частью меня, когда я хожу, часто хожу как он, когда думаю, то также иногда именно его разумом. Даже моя куртка мне напоминает доспех, возможно по весу. В общем, если я эту книгу не закончу, то с катушек съеду точно. Хотя это все конечно шутка. Книги пишутся не так, как играются роли в кино, хотя кое-какие сходства есть. Нужно вжиться в этот мир, ощутить себя в нем и прочувствовать каждого персонажа, иначе будет просвечивать неестественность.
А теперь по сюжету, он развернулся, если не на 180, то близкий к нему угол. Мои персонажи взбунтовались, если можно так сказать, точнее они выразили молчаливое неодобрение тому, что я хотел так рано убить Старпера. В результате этого небольшого бунта возникли катаклизмы вселенского масштаба, это я опять так шучу. Все развивалось по плану до определенного места, а потом я все же согласился с командой и отсрочил на сутки. Не помню, на каком месте я остановил выложенный тестовый вариант «Знака Дракона», вроде бы еще на вялотекущей солдатской жизни, на быту. Так вот могу вас уверить, что более медленного куска в этой книге нет, это сделано специально. Цель этого я вам не укажу, тем более никто до этого места не дочитал, собственно, что и было целью этого вялого повествования о тяготах моей беспросветной жизни. А вы, молодцы, кто дочитали! Вам приз самых терпеливых читателей, и спасибо, что вы есть!

Нравится ли мне время, в котором я живу, нравится ли место?! Сам вопрос не совсем корректен, так как время и тем более место, в глобальном масштабе мир, мы не можем поменять на другие. Впрочем, нам и сравнивать не с чем. Фэнтезийные миры — это, так или иначе, продукт нашей цивилизации, тем более, что эти миры не материализованы и, несмотря на всю свою проработку, «двухмерны». В них невозможно жить.
Поэтому вопрос нравится или не нравится, по крайней мере, не актуален. Важнее вопрос о том, как воспринимать этот мир. Я, например, воспринимаю его несколько идеализировано, то есть в нем для меня существует волшебство и чудеса. Жизнь часто говорит мне, что это не так, но если я очень хочу, то это будет так, как захочу я.
Фэнтезийные миры — это своего рода бегство из реальности. Мы можем лишь мыслиться в этих мирах, но всегда остаемся в нашем прогнившем. Тем не менее, на время чтения забываешь о своем бренном бытовом существовании. Возможно, именно поэтому я пишу. Во-первых, доставляет огромное удовольствие сам процесс набивания текса. Во-вторых, «драйв» от любого творчества лучше и приятнее состояния любого опьянения. В-третьих, словесные мыслеформы возникающие перед внутренним взором доставляют эстетическое наслаждение. (конечно, нескромно сказано — я разве говорил о том, что я скромен) В-четвертых, я вижу мир, которого еще никто кроме меня не видел, по крайней мере, я не знаю об этом. В-пятых, мне хочется показать этот мир другим людям, хотя бы самым для меня близким. Если бы это было неприятно, никто бы этим не занимался, разве что как Джек Лондон под конец жизни — за долги!
Вообще я долго размышлял о смысле своего существования! Он постепенно менялся, в зависимости от момента моей жизни. Это был бодибилдинг, потом рестлинг, потом поиск второй половинки, достижение внутреннего совершенства…. Но в результате я вернулся к тому с чего начал, к литературному творчеству. Я понял, что все это были и возможно еще будут ступени для набора жизненного опыта, а настоящее мое призвание — это литература. Правда, недавно я узнал, что есть такие люди, как графоманы и сильно испугался, выразив испуг словами: «Уж не графоман ли я, мля?!» Но я не стал терзать себя сомнениями, приняв для себя, что это решать издательствам и больше читателям. Так как именно читатели — это главные люди в вопросах литературы. Все кому я отдавал свои работы на прочтение ничего плохого не сказали, наверное, просто боялись испортить со мной отношения. Это мировоззрение еще и защитная реакция, так как, потеряв этот смысл жизни, я окажусь именно на том месте, где был Мартин Иден и Джек Лондон, то есть на пороге самоубийства или наркотической зависимости.
Не знаю насколько это возможно понять не литератору, но представьте, что у вас отобрали самое дорогое вам, смысл вашей жизни. Вас ничто больше не может радовать, а время не приносит облегчения страданий. Именно это и есть, пожалуй, самое страшное в жизни. Когда ты жив, но неизвестно зачем. И даже самоутешения типа: «Жизнь никогда не закрывает одну дверь, прежде чем открыть другую» — уже не помогают.
Не знаю к чему ведет меня моя жизнь всеми этими явными знаками, но опыт похоже предстоит интересный. Она мне видимо хочет показать, насколько она разнообразна и еще, что моногаммность уже устарела. А может быть это просто попытка вывести меня из депрессии. Ей или точнее им это удается, чему и я рад. Меня немного пугает то, что у меня пропала тяга к литературному творчеству. Вакуум депрессионный перерастает в вакуум весенний — любовный. Хотя, скорее всего, этот вакуум продукт моего внутреннего мира и призыв все же быть мужчиной и взять себя в руки, точнее не себя, а хотя бы клавиатуру. И конечно начать смотреть на личные отношения проще, это пожалуй главный урок.
Постепенно я пришел к теме о моих страхах — чего же я больше всего боюсь?! Боюсь я многого, даже часто сам не пойму чего и почему. Начну с того, что я боюсь потерять своих близких, наверное, это желание оставить все «статус кво», хотя я, не задумываясь, отдал бы им мое здоровье и жизнь. Вообще я предпочел бы умереть первым, от этого говорят и популярность повышается. Далее я боюсь ударить в грязь лицом и это, пожалуй, мой самый сильный страх. Удивительно, но меня страшно заботит, что обо мне подумают люди, даже те, которых я вижу в первый и последний раз. К этому относится и робость при знакомстве с девушками и волнение перед публикой. Вообще, это мой развитый глубинный комплекс, в борьбе с которым все же наметились положительные подвижки в последнее время. Ну и напоследок скажу, что я боюсь себя. Точнее своих возможных действий, возможно, моей темной половины. Я уже много раз замечал за собой необоснованную агрессию, особенно в отношении более сильных и властьимущих противников и самое пугающее это то, что меня не интересует, что будет со мной или моими близкими, единственная моя цель не просто победить противника, а убить его. Последнее меня пугает больше всего в себе, именно, поэтому я стараюсь не употреблять алкогольных напитков, когда контролирующее сознание может отключиться.
Девушки. Сбывается одно новогоднее пожелание моей знакомой, она пожелала мне множество новых знакомств, впечатлений, делать ошибки, но только один раз. Ошибки я делаю на каждом шагу, мне достаточно тяжело быть очень собранным, когда хочется расслабиться, да и знакомств прибавилось как-то разом, а совета у моего друга-ловеласа спросить уже нет возможности, так как он сейчас в армии. Достаточно интересное положение, но я нашел выход. Как уже говорил, не воспринимать все это близко к сердцу и всегда говорить правду, тогда не запутаешься. Так сказать, относится ко всему со здоровой долей «пофигизма». И это работает процентов на 90, тогда уходит все это занудство, весь инфантилизм и снобизм, что отчасти характеризует мое состояние влюбленности — состояние обостренного самолюбия, сентиментальности и чувствительности. Как в фехтовании, тебе должно быть все равно выиграешь ты или проиграешь — наслаждайся поединком, воспринимай это как урок! Танцуй с ней! (Это для тех, кто еще как я мается от романтичности!) Самое интересное, что тогда за тебя начинают держаться, в противном случае втаптывают в грязь — думаю не я один в этом убедился. Двадцать вторая весна начинается, тьфу-тьфу-тьфу, лишь бы учебу не забросить.
Условности. Об этом я пока не готов написать, так как процесс осознания их влияния и их устранения для меня еще не завершен. Но можно сказать о том, что эти условности придуманы обществом, чтобы оно вообще могло существовать в состоянии определенного мира. А условности между мужчинами и женщинами — это, наверное, видоизмененные брачные танцы животного мира, хотя смешно наблюдать, как и ты и она понимает надуманность этих условностей и улыбается им. Не мы создали эти правила, но должны играть по ним, хотя кто это решил?!
Нужно закончить монолог чем-то жизнеутверждающим. Жизнь нам иногда дает такие знаки, мимо которых мы просто не можем пройти, а это значит, что жизнь указывает нам путь, по которому мы должны идти. А учитывая, что все что ни делается — к лучшему, то эти знаки указывают нам правильный путь, главное их правильно истолковать и его правильно понять. «Когда ты чего страстно хочешь, то кажется, что вся Вселенная помогает тебе в этом!»(с)П.Коэльо

О чем бы мне хотелось поговорить, пусть и с собой…, возможно, о многом и не о чем. Дело в том, что сейчас турбулентный (неуравновешенный и неспокойный) период в моей жизни. С одной стороны, у меня наблюдается творческий подъем и первые признаки переполнения «плотин» (я их уже научился определять). С другой, я вынужден заниматься нелюбимым делом — преподавать технические дисциплины и писать диссертацию. Была бы моя воля… эх, чего теперь об этом. Жизнь ставит нас в жесткие рамки, из которых мы можем пойти порой только в армию. Именно это и еще карьерные перспективы сдерживают меня от того, чтобы бросить эту науку и заниматься тем, чем я бы хотел, то есть литературным творчеством.
Желания и действительность, как всегда, не совпадают. Поэтому приходится разрываться, пока больше времени отвожу литературе. Это плачевно сказывается на всем остальном, ну и ладно.
Впервые за долгое время я вернулся к публицистике и написал полдюжины статей, многие под псевдонимами, некоторые еще не опубликованы. Скоро попытаюсь передать в публицистической статье, а не только в «Ларе Крофт и…», свою точку зрения на зарождение и развитие жизни на Земле. Это, наверное, будет объемный труд и неизвестно, когда я к нему приступлю. Он точно будет спорным и не без парадоксов. Это в нем и интересно.
В последнее время стал смотреть телевизор… Иногда новости для кругозора — каждый день теракт или катастрофа. Сериал «Бригада», чтобы было о чем спорить с людьми, ее любящую, — бандиты, они все равно бандиты, какими бы их людьми не показывали. Телеканал «Культура», может быть, не так много, как хотелось бы, но все, что касается литературы, стараюсь смотреть. Иногда Муз-ТВ, когда ничего нет или не хочется. Немного заинтересовался политикой (после интеллектуальной переписки с М.Часословом), но не нашел партии, которая совпадала со мной в мыслях и интересах, так что скорее всего опять «Иван Иванович ПротивВсех». Политика — дело грязное.
Да, обстановочка тяготит, точнее погода и университет. Если бы не они, то можно было бы жить вполне счастливо. Ничего, прорвемся и не такое переживали… Постараюсь все же писать, хотя бы изредка. Главное, в этих испытаниях бытом и техническим тяглом не потерять себя, пожалуй, это главное. Не стать обывателем…
Получилось пессимистично, возможно, из-за погоды. Она действительно давит на меня, это ощущается физически — стальным обручем стягивает голову, да и все болячки дают о себе знать. А на самом деле, я люблю и любим, моя «Руфь» понимает меня и помогает во всем, даже если не всегда верит мне. Мартину Идену не было этого дано, поэтому он и покончил с собой. Ему не для кого было творить, никто не мог оценить его самого, а не его работы, которые стали популярны лишь по воле случая. «Я был всегда такой, как сейчас, так почему же вы не приглашали меня на обед, когда я умирал с голоду в своей комнате?!»
Меня понимают и принимают. Меня полюбили бедным и неизвестным, поэтому, несмотря на все внешние тяготы, я счастлив. Потому что у меня есть она — моя жена.

О жене я могу говорить долго, но все же вернусь к литературе. В последнее время я увлекся потоком сознания. Крайне притягательная и интересная форма для изложения философских мыслей. С виду сложная, чуть копнешь, кажется простой; зароешься поглубже вновь становится темной как средние века. Возможно, это особенность человеческого сознания, но она зачаровывает и не может не захватить из-за своей органичности и близости для каждого. Мне это определенно нравится.
Но перебарщивать с сознанием тоже не стоит: современного читателя шокировать почти невозможно, поэтому не стоит и пытаться. Единственный выход его интриговать на протяжении всего произведения. Каждый писатель это делает по-своему, я не исключение. «Лара Крофт и…» яркий тому пример, хотя мне уже говорили о том, что в ней не достает художественных достоинств. Очень даже может быть, но это приключенческий роман, поэтому интрига и тайна его лейтмотив. Главное, не надоедать читателю, поэтому основу моих разработок на данный момент составляет малая проза. К крупной я планирую вернуться, но только через малую или же несколько позднее, как ни сильно искушение. Такова современная жизнь.

Вот думаю и все, что стоило упоминания в этом небольшом монологе. Читайте книги, размышляйте над ними, самосовершенствуйтесь. До новой встречи! Удачи!